Дмитрий Талантов

Адвокат, Председатель Правления Межрегиональной организации адвокатов и юристов «Инициатива 2018», Президент, АП Удмуртской Республики, Первый вице-президент Гильдии Российских адвокатов, награжден орденом «За верность адвокатскому долгу», золотой медалью имени Ф. Н. Плевако
Коллеги, я бы с чего хотел начать. Ппервое, смотрите, год назад мы думали: получится — не получится. Вот, ей-бог, кажется, что-то получается. Потому что атмосфера-то в адвокатуре, она меняется, нас начинаются слушать, с нами перестают разговаривать и переписываться. Это хорошо. Но с нами начинают переписываться, нас цитировать, и воспроизводить наши законодательные новеллы, органы государственной власти. Это два раза хорошо.

Я вот думаю о том, что когда наш депутат от Удмуртии внес определенные инновации в законопроект по Клишасу, да, это же не случайное явление, мы же понимаем, как устроена власть. Мы понимаем, что, наверное, без поддержки Павла Владимировича Крашенинникова, маловероятно что это произошло бы. Мы читаем то, что написано в заключении профильного комитета Госдумы, который возглавляет Крашенинников. Мы видим там буквально цитаты, лекала с наших решений. Это хорошо. Мы слышим выступление Новака, замминистра юстиции, который говорит вещи, приятные для уха любого либерально мыслящего адвоката и не только. И это прекрасно, это прекрасно. То есть, уже что-то у нас получается, что-то получилось.

Давайте внесу некоторую интригу и некоторый интерес, в разговор. Евгений Панин. Он очень восхищался выступлением на парламентских слушаниях Генри Марковича Резника. А я не восхищен его выступлением, вот ни разу. Генри Маркович Резник — это тот человек, который действительно участвовал в написании федерального закона об адвокатуре, и нет оснований ему не верить, наверное, он действительно автор этой идеи ротации. И он ее поддерживает всеми фибрами своей души. Человек хороший, демократичный человек и все такое. Он нам не перестает говорить о том, что у нас парламентская форма управления. Да перекреститесь вы, какая парламентская форма управления, если президент адвокатской палаты формирует совет адвокатской палаты — вот коллега, который в органе управления работал, мне радостно видеть, что вы киваете — а я президент адвокатской палаты.

За время существования адвокатской палаты с ротацией с 2004 года я имел возможность сменить так называемый парламентский орган три раза по кругу каждого. Три раза. Каким после этого нужно быть идиотом, чтобы не усидеть на своем месте? Какое значение имеет, если по честности, вот этот парламентский орган на фактическое управление — только нравственное значение. Если за собой оставляю, так сказать, по самолюбованию или по наивности, какие-то свойства демократически мыслящего человека. Слава богу, если это совпадает. Вроде бы претензий ко мне нет.

Но все же, это зависит от того, кто руководит, в конце концов, да. А политика не строится на основании «человек хороший или человек плохой». Система должна работать нормально. И когда Генри Маркович называет это парламентской системой… Да нет, это конечно лукавый перевертыш, это типичная президентская модель управления. И Клишас, когда вносит предложение с третьего срока де-юре легитимизировать то, что существует де-факто, я понимаю, что это так. Но я задаюсь вопросом, а чего не с первого раза?

У нас что, органы адвокатского самоуправления и адвокаты не в состоянии принимать осмысленные решения? У нас вообще вся история российская как устроена? Нам постоянно говорят: «мы до этого не доросли». Мы 300 лет уже ни до чего не доросли. Если мы не доросли, то кто дорос тогда? Я этого не понимаю.

Вот смотрите, ограничение в два срока. Ну хорошо. Вчера я читаю в интернете, что в Краснодаре мой хороший товарищ, Чехов Владимир Петрович, сменился. И стал его сын. Да, два срока. Хорошо? Хорошо. Вот Николай сидит у меня, он захотел, говорит, категорически: ухожу из совета палаты, чтобы тебя не компрометировать. Здорово. Спасибо, Николай.

Да, конечно, нужно понимать, что существует два метода: механистический метод ограничения какими-то сроками. Два срока и не более дальше. Но мы все видим механизмы, при которых приходят родственники, фактически президент становится вице-президентом, управляющим вице-президентом. Все понятно. И демократические принципы. Да выбирайте вы хоть до посинения президентом адвокатской палаты Генри Марковича Резника, если вы ему верите, если созданы те демократические процедуры, которые делают эти выборы демократическими, частными. В чем проблема? В чем проблема в этой истории?